Kolia MARMELADNY (buisnescat) wrote,
Kolia MARMELADNY
buisnescat

Сколько США на самом деле должны... и кому?



"Forbes", США, публикация от 05.03.2010 года. Автор - Брюс Бартлетт.

Редкий опрос общественного мнения в эти дни не демонстрирует, что национальный долг находится среди главных американских проблемных вопросов. Огромный дефицит бюджета, насколько можно увидеть, рассматривается как источник великого беспокойства, вдохновляющий многих людей на присоединение к так называемому движению «чайной партии», чтобы потребовать финансовой ответственности. Президент Обама ответил, предложив заморозить дискреционные необоронные траты, и утвердив комиссию для изучения дефицита и разработки рекомендаций по его снижению.

Прежде чем мы сможем предпринять значимые шаги для контроля долга – или даже понять его истинную сумму и влияние на экономику – мы сначала должны понять, что это такое. На базовом уровне национальный долг просто состоит из всех федеральных дефицитов в истории минус доходы бюджета. Для финансового года 2009, который закончился 30 сентября, эта величина подошла к цифре в 7,5 триллионов долларов.


Очевидно, что это астрономическая сумма. Но на самом деле она практически ничего нам не скажет, пока мы не посмотрим на контекст. Экономисты рассматривают долг главным образом в связи с совокупностью произведённых в стране товаров и услуг, то есть валовым внутренним продуктом. Долг подошёл к величине 53% ВВП в прошлом году, составлял почти 40% годом ранее и 35% в 2000, но это ниже 109% в конце Второй Мировой Войны.
Другой взгляд представляет национальный долг как часть полного долга кредитного рынка, который включает внутренние займы, корпоративные долги, долги по кредитным картам и так далее. В 2009 национальный долг равнялся 22% от всего долга кредитного рынка. Это составляло от 17% до 18% от уровня, который преобладал в 2000-ом, но на самом деле ниже того уровня, что преобладал в течение большей части послевоенного времени. В 1950 г. национальный долг был более половины всего долга кредитного рынка, в 1960 г. он составлял около одной трети и был более одной четвертой в 1995 г.
В течение большей части послевоенного времени национальный долг, как доля ВВП, постоянно снижался. Частично это происходило из-за того, что экономика росла быстрее, чем долг, но также и потому, что инфляция снижала цену долга. Долг в 250 миллиардов долларов, существовавший в конце войны, в настоящее время составлял бы 2,3 триллиона в современных долларах. К середине 1970-х реальный (выверенный по инфляции) долг снизился на 40%, даже притом, что номинальный долг вырос более чем на 60%.

Другой важный вопрос – соотношение общего долга и долгов граждан. Это сбивающее с толку различие существует потому, что в течение нескольких лет федеральное правительство взяло через социальные налоги на заработную плату больше, чем было необходимо, для выплаты срочных пособий. По закону этот доход инвестируется в специальные казначейские обязательства, которые являются частью долга, включённого в долговые ограничения, которые Конгресс обязан время от времени повышать.
В конце 2009 общий долг составлял 11,9 триллиона, на 4,3 триллиона больше, чем долги граждан. Хотя многие возбуждаются из-за этой цифры, в экономическом смысле она значения не имеет. Казначейские обязательства на счетах государства в действительности составляют не более, чем финансовые власти позволяют Казначейству, чтобы использовать общие доходы для выплат социальных пособий, если поступающие социальные налоги на заработную плату недостаточны для текущих выплат пособий; именно это, по данным статистики социального обеспечения, произойдёт в 2015 году.

Также замешательство вызывает то, что ФРС считает частью «граждан», когда рассчитывает их долг. Это неудобно, поскольку ФРС является частью правительства и в её руках огромные объёмы казначейских обязательств, с помощью которых она проводит монетарную политику. (Когда ФРС покупает их, это увеличивает приток денег; когда продаёт их – уменьшает приток денег.) В конце финансового года 2009 ФРС имела около 900 миллиардов в казначейских обязательствах. (Казначейство платит проценты ФРС за эти авуары, но ФРС почти все их возвращает Казначейству.)

Как бы ни были велики эти суммы, они всего лишь касаются поверхности задолженности федерального правительства. Полная картина появляется ежегодно в том, что называется Финансовым отчётом правительства США. Прошлый отчёт был издан 26 февраля. В соответствии с ним, помимо национального долга, федеральное правительство должно 5,3 триллиона ветеранам и работникам государственного аппарата. Но самые большие долги у социального обеспечения и здравоохранения: за следующие 75 лет федеральное правительство пообещало выплаты по этим двум программам, сверх ожидаемых поступлений от налогов на заработную плату, соответственно в 7,7 триллиона и в 38 триллионов долларов.
Министерство финансов оценивает дефицит в социальном обеспечении как 1% ВВП в течение следующих 75 лет, а дефицит в здравоохранении – 4,8%. При федеральных доходах, оцениваемых в почти 19% ВВП, в долгосрочной перспективе при существующих ныне законах, налоги нужно поднять на треть, чтобы оплатить все обещания, предусматриваемые только по этим двум программам.
Служба Управления и финансов оценивает, что в отсутствие массовых секвестров в социальном обеспечении, здравоохранении и по другим программам, или равных массовых увеличений налогов, национальный долг вырастет до 77% ВВП в 2020 г., 100% ВВП в 2030 г. и более двух ВВП к 2050 г.

Экономисты расходятся во мнениях, на каком этапе федеральный долг станет значимым бременем для экономики. В недавно вышедшей статье экономисты Кармен Рейнхарт и Кеннет Рогофф предположили, что с исторической точки зрения рост существенно не страдает до тех пор, пока долг не достигает 90% национального ВВП.
Некоторые оптимисты, вроде моего друга Лари Кудлоу, считают, что мы можем просто создать способ уйти от долгов путём снижения налогов. Но на самом деле это невозможно при таком количестве наших проблем. Во-первых, увеличение реального роста не так сильно влияет на долг, как можно вообразить. По данным административно-финансового управления, увеличение процента производительности, основного компонента реального роста ВВП, на 0,5% в год за 75 лет всего лишь уменьшит финансовый разрыв на 17%.
Более того, даже такой подъём производительности будет сложен; за последние пять лет процент роста производительности был в среднем 1,8% в год, так что нам придётся увеличить его на четверть только для уменьшения планового долга на 17%. И мы не можем особо рассчитывать на вложения в рост производительности, когда федеральный бюджетный дефицит поглощает огромный процент национальных сбережений, выталкивая частных заёмщиков с рынка, что только уменьшит вложения в бизнес. И последнее – маловероятно, что дальнейшие снижения налогов чем-то помогут увеличению роста, поскольку они внесут вклад в дефицит, а налоги уже на самом низком уровне по отношению к ВВП за почти 60 лет – более чем на 3% ВВП ниже послевоенного уровня. В любом случае, самой большой проблемой бизнеса сегодня является отсутствие клиентов, а не высокие налоги.

Когда говорят о том, что рост снизит долговое бремя, то иногда подразумевают, что инфляция решит эту проблему. Если номинальный ВВП растёт быстрее, то не имеет значения, происходит ли это из-за более быстрого роста или более высокой инфляции, так считают многие экономисты. Проблема такого подхода в том, что он предполагает, что рост во многом состоит из долгосрочных долговых обязательств с фиксированными процентными ставками.
К несчастью, часть национального долга в форме долгосрочных обязательств споткнулась о время, и процент краткосрочных вырос. Что касается 30 сентября 2009, три четверти частного долга граждан созревает менее чем за пять лет. Этот долг нельзя снизить, поскольку инвесторы потребуют более высоких процентных ставок для компенсации инфляции, когда она изменится, что приведёт к увеличению федеральных расходов на выплату процентов. Также растущая часть долга сейчас индексируется по отношению к инфляции. Государственных ценных бумаг, известных под названием защищённых от инфляции казначейских обязательств, было выпущено более чем на 500 миллиардов. До тех пор, пока дополнительные расходы для выплат процентов занимаются, реальная цена долга существенно не снизится.
Даже в отсутствие высоких процентных ставок, рост долга приведёт к резкому росту выплат процентных ставок правительством с 1,3% ВВП в этом году до 3,5% в 2020, 4,5% в 2030 и 10% в 2050. На тот момент половина всех федеральных налогов будет уходить просто на выплату процентных ставок по долгу, что по закону является первой обязанностью, до всего остального.

Ещё одна проблема состоит в том, что почти половина долга граждан теперь принадлежит иностранцам, до 31% в 2000 году, а исторический уровень – менее 20%. Иностранные инвесторы будут тревожиться не только в отношении инфляции, но и насчёт курса доллара, поскольку весь наш долг пересчитывается в доллары. Если они начнут опасаться, что доллар упадёт по отношению к их валютам, они могут потребовать увеличения процентных ставок в качестве компенсации, или настаивать, чтобы казначейство выпускало обязательства в иностранных валютах, которые сместят все иностранные риски обмена на налогоплательщиков.

Недавно какие-то глупые блоггеры предположили, что было бы лучше объявить дефолт на долг, чем поднимать налоги. Это стало бы, конечно, огромной неприятностью для миллионов американцев, поскольку около 800 миллиардов долларов в казначейских обязательствах принадлежат взаимным фондам, более 500 миллиардов принадлежит государству и местным органам власти и боле 300 миллиардов принадлежит пенсионным фондам, помимо прочего. Я склонен считать, что они не отнесутся с благосклонностью к подобной идее о том, что рост налогов был бы хуже, чем выплата им тех денег, которые им принадлежат. В конце концов, долги надо платить, и нам придётся поднять налоги и урезать расходы, чтобы убедиться в этом.


Об авторе статьи:

Брюс Бартлетт – бывший экономист министерства финансов и автор книг «Рейганомика – приоритетная экономика в действии» и «Самозванец: Как Джордж Буш Обанкротил Америку и предал Наследие Рейгана». Его новая книга – «Новая Американская Экономика: провал Рейганомики и Новый Путь». Ведёт еженедельную колонку в «Форбс».
Tags: США, политика США, экономика США
Subscribe

  • Всего лишь репетиция ...

    Прошедшим летом в Беверли-Хиллз, штат Калифорния, произошло необычное «ограбление». Агенты ФБР взяли под контроль здание компании «US Private…

  • О том, что виднеется на горизонте ...

    В течение длительного времени ведущие Центральные банки утверждали, что рост инфляции - это временное явление. Это мнение стало аргументом в пользу…

  • Под кастрюлей на плите немного добавили газа ...

    На ежегодной конференции Morgan Stanley Laguna, прошедшей на прошлой неделе, крупные корпоративные бизнесмены предупредили о сложной ситуации со…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments